«Родина или смерть» – лозунг, которым наших бойцов встретила Куба 60 лет назад

15:04 19 октября
141
Поделиться
Поделиться
Запинить
Лайкнуть
Отправить
Поделиться
Отправить
Отправить
Поделиться
- На острие истории мы не питали иллюзий. Было и так всё ясно: отступать нам некуда.
Вокруг море. Лозунг "Родина или смерть", который увидели сразу, как только наступил
рассвет, после высадки на кубинскую землю, полностью разделяли. Понимали: это напрямую касается и нас, - рассказывает единственный в Аркадакском районе "кубинец" Николай Прокофьевич Краснов.
До сих пор в его памяти - полный опасностей и в то же время уникальный отрезок жизни. Перед глазами стоит образ Кубы, часть берега которой, выгибаясь, словно спина огромного, вынырнувшего из мерцающего моря аллигатора, увешанного зацепившимися водорослями, смотрелась грозно и таинственно. Молча смотрели на этот незнакомый берег советские солдаты, прибыв сюда защищать интересы своей страны.
В семейном альбоме Николая Прокофьевича Краснова хранятся фотографии однокашников, ребят с Саратовщины, с которыми его связывают многие испытания, которые пришлось пережить в тот период. Шестьдесят лет где-то на уровне подсознания он не расстаётся с теми событиями, хотя жизнь давно уже идёт по своим законам вдали от Кубы. Однако она всё равно остаётся в душе нашего земляка. Связано это с ощущением причастности к большому и важному, пожалуй, самому важному в его жизни делу.
                                                                                                   ***
Одной из операций, благодаря чёткой реализации которой Советская Армия так и остаётся непобеждённой, стала операция "Анадырь", разработанная для Кубы. Она долгое время находилась под грифом "секретно". О ней нельзя было писать и говорить. Только спустя полвека события тех дней стали достоянием общественности.
- Об операции "Анадырь" сейчас много написано, сняты документальные фильмы, есть книга, - рассказывает Николай Прокофьевич Краснов.
- Это было в обстановке холодной войны. Советский Союз поддерживал освободительные социалистические революции в разных частях света. США тоже устраивало революции якобы для "установления демократии". Изначально перевес сил был на стороне США. Их поддерживали Западная Европа, Турция, некоторые азиатские и африканские страны, - вспоминает Николай Прокофьевич. – Окончательно обострилось положение в 1961 году, когда Штаты разместили в Турции ядерные ракеты, направив их на самые крупные промышленные центры Советского Союза. Операция «Анадырь» стала ответом на их шаг. В результате на Кубе были размещены наши ядерные ракеты, направленные на промышленные центры Америки.
Не поддаётся воображению та колоссальная работа, которая была сделана под самым носом у американцев в обстановке абсолютной секретности в максимально сжатые сроки!
Гордость участника этих событий объяснима. Как описывают различные источники, за два месяца, начиная с июля 1962 года, Советский Союз смог настолько скрытно передислоцировать на Кубу целую дивизию ракетных войск в составе трёх ракетных полков стратегического назначения, сорок семь тысяч человек в трюмах торговых судов! Ни один таможенный досмотр не обнаружил военных, как не обнаружил переправляемые на другой конец света 24 пусковые установки, 42 ракеты, 36 головных частей мегатонной мощи, 1695 различных единиц техники!
Понять масштаб сделанного помогут такие цифры: для перевозки личного состава и техники в порты Севастополя, Николаева и Балтийска понадобились 111 железнодорожных составов (более 7 тысяч вагонов). Транспортировкой людей и грузов за океан были заняты 85 морских судов. Это была неслыханная, невиданная по своему размаху, организованности и секретности в мировой истории военно-стратегическая операция!
Кризис случился 14 октября 1962 года, когда самолёт-разведчик США во время одного из регулярных облётов Кубы обнаружил на стартовых позициях советские ракеты средней дальности. В США началась паника. Обсуждался силовой вариант решения проблемы. Мир стоял на грани ядерной катастрофы. Это стало тяжким испытанием для народов и руководителей двух противостоящих сторон.
В этот период Николай Прокофьевич находился там, на Кубе.
- Была ли паника среди личного состава наших войск? - спросила я.
- А что бы нам это дало? - вопросом на вопрос ответил Николай Прокофьевич. - Мы находились на острие истории и не питали иллюзий. Проще говоря, были готовы ко всему.
- Знали, что Куба окружена американскими войсками, в десятки раз превышающими нашу группировку?
- Догадывались. Признаюсь, нервировали американские самолёты. Они сотнями "висели" в воздухе. От грохота моторов некуда было деться. Но мы ежедневно выполняли свою работу.
По прибытии на Кубу Николай Прокофьевич получил новенький тягач и занимался транспортировкой ракетных установок по узким улочкам Кубы с односторонним движением. Это требовало особой сноровки и аккуратности.
- Своего пика противостояние достигло, когда наши сбили американский самолёт-разведчик, - вспоминает Николай Прокофьевич. - Войска были приведены в состояние повышенной боеготовности. Мы три дня просидели в окопах. По радио выступил Фидель Кастро и прямо заявил: "Это война". За несколько часов на Кубе провели всеобщую мобилизацию. Страна превратилась в крепость. Какой-либо истерики, нервозности не наблюдали мы и у кубинцев. На всякий случай со складов на место доставили ядерные боеголовки. Дело осложнилось тем, что через два дня на остров обрушился тропический ливень. Нужно было накрыть ракеты, чтобы не допустить повреждения их электронной начинки. Всё это мы выполнили. Но потом нам дали отбой.
                                                                                                  ***
Из истории известно, что Карибский кризис разрешился мирным путём. Президент США предложил Советскому Союзу демонтировать установленные на Кубе ракеты и развернуть всё ещё направлявшиеся к Кубе корабли в обмен на гарантии США не нападать на Кубу и не свергать режим Фиделя Кастро. Председатель Совета Министров СССР и первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв согласился, но с условием, что американские ракеты, направленные на СССР, также будут выведены из Турции.
После драматических событий октября 1962 года советская и американская стороны окончательно осознали, что были на краю ядерной пропасти.
- Когда меня призвали в армию, я три раза переписывал свою автобиографию. Было непонятно, зачем это. Но ясно, что неспроста.
У Николая Прокофьевича Краснова обычная биография сельского парня. Родился 1 мая 1938 года. Вместе с ним в семье было шесть человек детей. Три брата и три сестры. Отец работал трактористом, мама - разнорабочей в колхозе. Рос, как и все деревенские мальчишки. Учился в школе. Когда пришло время служить в армии, ему несколько раз давали отсрочку. Отец с матерью были уже больны, а в семье подрастали двое несовершеннолетних детей. За это время он выучился от военкомата на шофёра, работал в колхозе. Призвали его с ребятами 1942 года рождения. Присягу принимал на Мамаевом кургане в обстановке особой торжественности.
Сразу же начались усиленные тренировки. Часто поднимали по тревоге, с полной выкладкой бежали несколько километров. Проводили стрельбы в ночное время. Батальон, в котором служил Николай Прокофьевич, не раз занимал в учениях первые места.
Потом поступила команда собираться на учения, которые планировалось проводить на суше и на море одновременно. Ночью погрузили всех в товарные вагоны и повезли. Прибыли в порт города Николаева. Всем выдали морскую форму, погрузили на грузовое судно. Куда, зачем? Никто не знал. Верхние трюмы корабля загрузили стройматериалами, сельхозтехникой. Нижние - военной техникой. Командиру судна, как потом узнал Николай Прокофьевич, выдали три конверта, которые он должен был вскрывать по ходу движения.
Конечно, сначала бойцам было всё интересно. Чёрное, Мраморное, Эгейское моря. Средиземное море. Перед Турцией корабль встал на рейд. Надо было пройти таможенный досмотр. Военных опустили в трюм, люк забросали досками. Таможенный досмотр прошли успешно, двинулись дальше.
Труднее всего дался переход через Атлантический океан. В целях маскировки люди круглые сутки сидели в трюмах. Двухъярусные кровати, сухой паёк. Люки накрывали брезентовыми чехлами. Духота стояла страшная. Жара под 50 градусов. Наверх поднимали по одному человеку, чтобы окатить океанской водой. Это бывало по ночам. Ночью же выдавали пищу. 120 человек в одном трюме! Как в раскалённой бочке.
Под днищем корабля постоянно слышался шум дизеля сопровождавшей корабль подводной лодки. В воздухе кружили американские самолёты. Они с рёвом пролетали так низко, что казалось: вот-вот коснутся мачт корабля. Ещё тяжелее стало, когда начался шторм. 12 суток в трюме показались вечностью. Они смогли выжить в такой обстановке.
Корабль пришвартовался к пристани ночью. Жаркий влажный воздух принял в свои объятия наших ребят.
Командиры оповестили: "Прибыли на Кубу". Несмотря на усталость и непривычный климат, бойцы быстро разгрузили судно. Обустроились. А потом начались армейские будни. Каждый выполнял свои обязанности.
- Мы работали в непривычных для нас жёстких условиях тропиков. Переносили колоссальные физические и моральные перегрузки, - вспоминает Николай Прокофьевич.
- Когда мы пришли на Кубу, начался период тропических ливней и ураганов. Пауки, скорпионы, москиты, масса различных паразитов атаковали солдат.
Два года своей жизни Николай Прокофьевич отдал Кубе. И по окончании Карибского кризиса ещё многое пришлось испытать. Самолёты США жгли плантации сахарного тростника, топили кубинские траулеры в море, забрасывали на Кубу банды диверсантов, которые вели обстрел позиций ПВО. Аквалангисты подорвали два катера. Диверсанты устраивали различные провокации. Но "кубинцы", как называют наших солдат, участвовавших в тех событиях, так и не получили статуса участников боевых действий. Дело в том, что к 1964 году с ними определились так: "Вы сельскохозяйственные специалисты. Пришли на Кубу, чтобы помогать налаживать сельхозпроизводство".
В 1964 году Николай Прокофьевич демобилизовался. За проявленные мужество и воинскую доблесть он получил грамоту Рауля Кастро "За солидарность и помощь Кубе", кубинскую медаль "Воину-интернационалисту" 1 степени, нашу медаль "Карибский кризис". Президиум Верховного Совета СССР в 1988 году наградил его знаком "Воин-интернационалист".
Вся его жизнь прошла в Малиновке. Десять лет отработал шофёром в колхозе, 24 года - трактористом. Пять лет трудился в школе завхозом. У него трое детей, внуки. В настоящее время проживает один. Но до сих пор греет его кубинское братство. В Саратовской области работает региональная общественная организация воинов-интернационалистов -"кубинцев". В её составе сейчас 50 человек. Среди них и Николай Прокофьевич Краснов. Ольга Хмельнова.
Фото из семейного архива Н. Краснова.